Удивительно, как быстро человек привыкает ко всему.

Начало: 2021 год

Впервые я по-настоящему осознал, где нахожусь, в 2021-м. Помню, как мы сидели на лавочке с друзьями из общежития, когда прозвучал сигнал тревоги. Мы подорвались и как-то инстинктивно оказались в МАМАДе (мини-убежище).

Я наблюдал за реакциями: кто-то плакал, у кого-то истерика, кто-то нервно смеялся. Для всех нас, репатриантов, это было в новинку. В голове неслись мысли: «Может, зря? Может, купить билеты и свалить, пока не поздно?» Сажусь на пол рядом с диваном, смотрю на жену. Взрыв. Второй. Третий. Это странная игра со смертью, лотерея с невероятно низким шансом проигрыша, которая, тем не менее, идет в реальном времени.

Эскалация

Шли годы. Газа, Хизбалла, Йемен... Конфликты шли по экспоненте. Менялся калибр ракет, рос масштаб угроз. Я привыкал. Нужно отдать должное армии Израиля: их операции — как по защите, так и по нападению — выглядят так, будто это сценарий голливудского блокбастера. Такого уровня профессионализма я не видел никогда.

Иран: Финальный аккорд

Первое прямое столкновение с Ираном было самым напряженным. Мы не знали, на что они способны. Было страшно. Смертельно страшно. Второй конфликт был еще жестче.

Но сейчас, в эти дни 14 марта 2026 года, я проживаю то, что кажется финальной стадией. Война, в которой падет старый режим Ирана, и время, когда родится мой сын — Рон. Со дня на день мы едем в роддом, и, скорее всего, это произойдет под звуки взрывов и работу ПВО.

Как не сойти с ума?

Самое тяжелое — это моральный износ. Ночами мы часто не спим. При каждой сирене в голове мелькает: «А вдруг это всё? Вдруг сейчас накроет?» Но после сотни таких атак ты начинаешь относиться к этому спокойнее. Остается только физическая усталость. Я понял одну важную вещь: нужно вести себя так, будто ничего не происходит.

  • Тренировки.

  • Прогулки.

  • Рутинные дела.

Нужно вытаскивать себя в привычную жизнь силой, иначе ситуация съест тебя изнутри.

Итог

Я адаптировался. Я занимаюсь спортом, живу обычной жизнью. Когда слышу атаку — спокойно ищу укрытие. Как сказал один солдат: «Если ты слышишь взрыв — значит, ты жив».

Страшно ли мне? Наверное, нет. Страх трансформировался в принятие. Мысли об отъезде были, но здесь есть что-то магическое, что держит и не отпускает. Мы остаемся. Мы ждем Рона.